|
Getting your Trinity Audio player ready...
|
Как тысячи семей по всей России оказались заложниками системы индивидуального жилищного строительства
Еще несколько лет назад государственная политика в сфере индивидуального жилищного строительства рассматривалась как одно из ключевых направлений развития жилищного рынка России. Льготная ипотека, семейная ипотека и специальные программы для отдельных категорий граждан должны были решить сразу несколько задач: повысить доступность собственного жилья, стимулировать строительную отрасль и дать возможность тысячам российских семей переехать из многоквартирных домов в собственные дома.
Для многих участников программы это стало шансом исполнить мечту, к которой они шли годами.
Механизм выглядел достаточно понятным. Гражданин приобретал земельный участок, оформлял ипотечный кредит по льготной ставке, выбирал подрядную организацию, аккредитованную банком, после чего кредитные средства перечислялись исполнителю строительных работ.
Для большинства участников программы именно наличие банковской аккредитации становилось главным аргументом при выборе подрядчика. Люди были убеждены, что если организация включена банком в перечень рекомендуемых исполнителей, значит, она прошла необходимую проверку, соответствует установленным требованиям и может выполнять строительство в рамках государственной программы.
Однако спустя несколько лет после запуска льготной ипотеки на индивидуальное жилищное строительство выяснилось, что тысячи семей по всей стране оказались в ситуации, когда кредитные обязательства перед банком продолжают действовать, а дома, на строительство которых выдавались средства, либо не построены вовсе, либо остаются в высокой степени готовности без каких-либо ясных перспектив завершения работ.
Простыми словами: что произошло
- Семьи приобретали земельные участки и оформляли льготную ипотеку на строительство домов.
- Подрядчиков выбирали из числа организаций, аккредитованных банками.
- Кредитные деньги зачастую перечислялись банком непосредственно строительной компании.
- После получения средств часть подрядчиков останавливала работы или не завершала строительство.
- Заемщики оставались без готового дома, но с действующим ипотечным долгом.
- Пострадавшие начали объединяться, обмениваться документами и обращаться в органы власти.
- Сегодня представители движения требуют федерального реестра, механизмов достройки или компенсации и единых правил защиты заемщиков.
Проблема вышла за пределы отдельных споров
Сегодня в разных регионах России формируется общественное движение, участники которого называют себя обманутыми участниками индивидуального жилищного строительства.
По словам самих активистов, речь идет уже не о десятках отдельных конфликтов между заказчиками и строительными компаниями, а о масштабной проблеме федерального уровня, затронувшей десятки регионов страны.
Одним из инициаторов объединения пострадавших стала жительница Московской области Елена Озёрская. Именно вокруг ее истории постепенно начали объединяться люди, оказавшиеся в похожей ситуации.
Сегодня она является председателем Союза обманутых участников индивидуального жилищного строительства, который, по словам активистов, объединяет представителей уже 32 регионов Российской Федерации.
В интервью главному редактору газеты «Новая Москва» Виталию Атаеву-Трошину Елена подробно рассказала о том, как обычная история строительства собственного дома постепенно превратилась в многолетнюю борьбу за восстановление нарушенных прав.
История Елены Озёрской
Ее история мало чем отличается от историй тысяч других участников программы.
Сначала был приобретен земельный участок в деревне Матчино городского округа Домодедово. Земля покупалась за собственные средства семьи. После этого было принято решение воспользоваться государственной программой льготной ипотеки для строительства индивидуального жилого дома.
Одним из обязательных условий программы являлся выбор подрядной организации, аккредитованной банком. Именно этот фактор, по словам Елены, стал определяющим.
Как и в большинстве подобных случаев, денежные средства заемщик фактически не получал. После подписания кредитного договора банк самостоятельно перечислил деньги подрядной организации, которая должна была построить жилой дом.
Однако спустя некоторое время строительство было остановлено.
Сегодня Елена продолжает выплачивать ипотечный кредит за объект, который фактически так и не был построен.
По словам Озёрской, именно этот вопрос сегодня чаще всего задают пострадавшие в разных регионах России.
Главный вопрос пострадавших
Если подрядчик выбирался из числа организаций, аккредитованных банком, если гражданин выполнил все условия государственной программы, а кредитные средства были перечислены непосредственно строительной компании, то почему все финансовые последствия в конечном итоге оказались возложены исключительно на заемщика?
Как пострадавшие начали объединяться
Поиск ответа на этот вопрос и стал отправной точкой для создания общественного объединения пострадавших.
Сначала это были небольшие региональные чаты, в которых люди обменивались информацией о своих подрядчиках, судебных процессах и уголовных делах. Затем начали появляться первые инициативные группы.
Позже представители разных регионов стали проводить совместные совещания в формате видеоконференций, обмениваться документами, судебной практикой и результатами обращений в органы государственной власти.
Создание Союза
22 июня было принято решение о создании Союза обманутых участников индивидуального жилищного строительства. По словам Елены Озёрской, сегодня в объединение входят представители уже 32 регионов России, а количество обращений продолжает расти.
При этом, как подчеркивают сами активисты, назвать точное число пострадавших сегодня невозможно. Федерального реестра таких граждан не существует. Каждый регион ведет собственный учет, а многие семьи пока вообще не знают о существовании общественного объединения и продолжают бороться со своей проблемой в одиночку.
Только по Москве и Московской области активисты предварительно насчитывают около 1600 семей, столкнувшихся с последствиями недобросовестного исполнения договоров строительства.
Эти данные не являются официальной государственной статистикой и основаны на информации, которую удалось собрать самим пострадавшим. По мнению участников движения, реальный масштаб проблемы может оказаться значительно больше.
За каждой цифрой стоит семья
За каждой подобной цифрой стоит конкретная человеческая история.
Одни семьи продолжают жить в съемном жилье, одновременно выплачивая ипотеку за недостроенный дом. Другие были вынуждены самостоятельно искать средства на завершение строительства.
Третьи живут во временных бытовках или небольших банях, установленных на собственных земельных участках, поскольку другого жилья у них попросту нет.
Именно это объединение, по сути, впервые позволило увидеть реальный масштаб происходящего.
Оказалось, что похожие истории звучат в Новосибирской области, Татарстане, Башкортостане, Чувашии, Иркутской области, Свердловской области, Санкт-Петербурге, Белгородской области, Красноярском крае, Удмуртии, Республике Крым и десятках других регионов России.
Разные регионы — один сценарий
Разные подрядчики.
Разные банки.
Но практически одинаковая последовательность событий.
Именно тогда стало очевидно, что речь идет уже не о частных спорах между заказчиками и строительными компаниями, а о проблеме, которая требует анализа и решения на федеральном уровне.
Как работала система, которая должна была защищать граждан
Когда первые истории о недостроенных домах только начали появляться в разных регионах страны, большинство специалистов воспринимали их как обычные хозяйственные споры между заказчиками и подрядчиками. Российская судебная практика давно знает подобные конфликты: строительная компания нарушила сроки, заказчик предъявляет претензии, стороны обращаются в суд.
Однако по мере того как активисты начали объединяться и обмениваться документами, стало очевидно, что многие истории имеют практически одинаковую последовательность событий.
Типичный сценарий
- Покупка земельного участка.
- Оформление льготной ипотеки.
- Выбор подрядчика, аккредитованного банком.
- Перечисление кредитных средств подрядчику.
- Остановка строительства.
- Судебные разбирательства.
- Продолжающиеся выплаты по ипотеке.
Совпадений оказалось слишком много, чтобы объяснить их исключительно неудачным выбором отдельных строительных компаний.
По словам Елены Озёрской, сегодня только в Москве и Московской области активисты насчитывают около шестидесяти подрядных организаций, по которым имеются обращения граждан.
В других регионах также формируются собственные перечни компаний, фигурирующих в заявлениях людей. Эти списки не являются официальными государственными реестрами и сами по себе не свидетельствуют о виновности конкретных организаций. Однако они показывают, что речь идет уже не о нескольких эпизодах, а о значительно более масштабном явлении.
Именно поэтому активисты считают необходимым создание федерального реестра пострадавших и проведение комплексного анализа всей программы индивидуального жилищного строительства.
Что означала банковская аккредитация
Одним из ключевых вопросов, который сегодня поднимают пострадавшие, остается смысл банковской аккредитации подрядчиков.
Для большинства граждан это слово имело вполне очевидное значение. Если банк включает строительную компанию в перечень организаций, с которыми допускается работа по государственной программе, значит, банк провел проверку ее деятельности, финансового состояния и деловой репутации.
Именно так воспринимали ситуацию тысячи семей.
Вместе с тем юридический смысл аккредитации может быть значительно уже. Она не всегда означает гарантию исполнения обязательств подрядчиком и не означает автоматического принятия банком ответственности за результаты строительства.
Однако, по мнению пострадавших, именно разрыв между юридическим содержанием аккредитации и тем, как ее воспринимали заемщики, стал одной из причин массовых проблем.
Вопросы, которые сегодня задают банкирам
- Какие критерии применялись при аккредитации подрядчиков?
- Какие проверки проводились?
- Каким образом оценивалось финансовое положение строительных компаний?
- Проверялась ли информация о судебных спорах и исполнительных производствах?
- Почему некоторые подрядчики сохраняли аккредитацию при наличии многочисленных претензий клиентов?
Деньги перечислялись подрядчику, а долг остался у семьи
Еще одна особенность программы, на которую обращают внимание участники Союза, связана с движением денежных средств.
Во многих случаях заемщики фактически не распоряжались кредитными средствами. После оформления ипотечного договора банк перечислял деньги непосредственно подрядной организации, которая должна была построить дом.
Именно поэтому многие семьи сегодня говорят, что никогда не держали кредитные средства в руках.
С точки зрения граждан это создает очевидное противоречие. Если подрядчик получил денежные средства, но не выполнил работы, почему именно заемщик продолжает нести всю финансовую нагрузку?
Этот вопрос сегодня остается предметом судебных споров, многочисленных обращений в органы государственной власти и обсуждения на федеральном уровне.
Почему активисты говорят об эскроу-счетах
Практически в каждом разговоре представители Союза вспоминают еще одно обстоятельство.
По их словам, проблема могла бы иметь значительно меньший масштаб, если бы при строительстве индивидуальных жилых домов с самого начала использовался механизм эскроу-счетов.
После кризиса на рынке долевого строительства многоквартирных домов государство внедрило систему, при которой денежные средства покупателей хранятся на специальном счете и перечисляются застройщику только после выполнения определенных условий.
В сфере индивидуального жилищного строительства аналогичный механизм начал внедряться значительно позже.
Почему эскроу считают важным
По мнению представителей Союза, если бы денежные средства оставались на защищенных счетах до завершения строительства, значительная часть нынешних конфликтов могла бы не возникнуть вовсе.
Уголовное дело как отдельное испытание
Еще одна проблема, о которой говорят практически все активисты, связана с уголовным преследованием недобросовестных подрядчиков.
По словам Елены Озёрской, многие семьи сталкиваются с тем, что добиться возбуждения уголовного дела оказывается чрезвычайно сложно. Пострадавшие рассказывают о многочисленных отказах, дополнительных проверках и необходимости неоднократно обжаловать решения правоохранительных органов.
При этом именно наличие постановления о возбуждении уголовного дела и признание человека потерпевшим, по мнению активистов, должно стать одним из критериев включения в будущий федеральный реестр пострадавших.
Союз считает, что такой реестр необходим не только для учета масштабов проблемы, но и для разработки единых механизмов государственной поддержки.
Государство услышало проблему, но решения пока ждут
За последние месяцы представители Союза начали участвовать в обсуждении ситуации на федеральном уровне.
По словам Елены Озёрской, в Государственной Думе состоялся круглый стол, посвященный проблемам индивидуального жилищного строительства. В обсуждении приняли участие представители профильных министерств, Банка России, депутатского корпуса и общественных объединений.
Во время встречи пострадавшие рассказали о сложностях с выплатой ипотечных кредитов, отсутствии единых механизмов компенсации и неодинаковой практике банков в отношении заемщиков.
Что обсуждалось
- создание федерального механизма защиты пострадавших;
- подходы банков к ипотечным заемщикам;
- возможные меры государственной поддержки;
- необходимость анализа всей программы ИЖС.
Отдельной темой стали рекомендации Банка России, касающиеся работы кредитных организаций с гражданами, оказавшимися в сложной жизненной ситуации.
Как отмечают активисты, рекомендации сами по себе не создают для банков юридической обязанности изменять условия кредитов или списывать задолженность.
Именно поэтому Союз начал собирать примеры отказов в предоставлении мер поддержки, чтобы передать их в Банк России и профильные органы государственной власти.
Позиция пострадавших
По словам представителей Союза, речь не идет о стремлении переложить ответственность исключительно на банки. Их главная цель — добиться комплексного решения, которое учитывало бы роль всех участников системы: подрядчиков, банков, органов государственной власти и правоохранительных структур.
«Мы не просим особого отношения»
Одним из главных требований Союза остается признание пострадавших участников индивидуального жилищного строительства отдельной категорией граждан, нуждающихся в государственной защите.
Активисты предлагают использовать подход, который ранее применялся для решения проблемы обманутых участников долевого строительства многоквартирных домов.
Среди обсуждаемых мер — создание федерального реестра, разработка механизмов достройки объектов либо выплаты компенсаций, а также единые правила взаимодействия банков с заемщиками, оставшимися без жилья.
По мере того как Союз собирает документы, судебные решения и свидетельства из разных регионов, становится очевидно, что речь идет не только о финансовых потерях.
За каждым делом стоят семьи, которые откладывали переезд в собственный дом, брали кредиты, рассчитывали на государственную поддержку и теперь вынуждены одновременно участвовать в судебных процессах, выплачивать ипотеку и искать средства для завершения строительства.
30 мая: день, когда проблему увидела вся страна
Следующим этапом работы Союза стало объединение регионов и проведение общероссийской информационной кампании.
Весной 2026 года эта работа вышла далеко за пределы отдельных чатов и судебных кабинетов. О проблеме начали говорить публично.
Кульминацией стали события 30 мая, когда жители разных регионов России одновременно вышли на акции в защиту своих прав.
Главная особенность этих акций
Во многих регионах люди вышли не на площади и не к административным зданиям. Они собрались возле собственных недостроенных домов и земельных участков, ради которых когда-то оформили ипотеку.
Каждый регион самостоятельно определял формат участия: где-то проходили встречи, где-то записывались коллективные обращения, где-то публиковались фотографии и видеоролики в социальных сетях.
Практически везде звучала одна и та же мысль: государство должно увидеть реальный масштаб проблемы.
От Домодедово до Иркутска — одна история на всю страну
Одним из главных итогов общероссийской акции стало понимание того, что проблемы жителей Московской области практически ничем не отличаются от ситуаций в других регионах страны.
В Иркутской области участники рассказывали о многолетнем ожидании завершения строительства. В Новосибирской области пострадавшие требовали создания федерального механизма защиты граждан, оказавшихся без жилья и с действующей ипотекой. В Белгородской области семьи говорили о невозможности самостоятельно завершить строительство из-за высокой стоимости строительных материалов.
Практически одинаковые истории звучали в Чувашии, Татарстане, Башкортостане, Красноярском крае, Удмуртии, Республике Крым, Санкт-Петербурге, Свердловской области и десятках других регионов России.
Что объединяет эти истории
- люди выполнили условия государственной программы;
- выбрали подрядчиков, аккредитованных банками;
- оформили ипотеку;
- деньги были перечислены строительным компаниям;
- дома так и не были построены;
- ипотечные обязательства продолжают действовать.
Что требуют пострадавшие
Несмотря на эмоциональность происходящего, требования участников движения остаются предельно конкретными.
| Требование | Цель |
|---|---|
| Федеральный реестр пострадавших | Оценить реальный масштаб проблемы. |
| Механизмы достройки | Помочь завершить строительство домов. |
| Компенсации | Возместить ущерб там, где строительство невозможно. |
| Единая практика банков | Определить понятные правила работы с пострадавшими заемщиками. |
| Проверка аккредитации подрядчиков | Проанализировать механизм допуска строительных компаний к государственным программам. |
Почему это важно
По мнению представителей Союза, речь идет не только о финансовых потерях отдельных семей. Вопрос касается доверия граждан к государственным программам поддержки жилищного строительства в целом.
Вместо эпилога
История Елены Озёрской давно перестала быть только ее личной историей.
Как и сотни других участников движения, она хотела построить дом для своей семьи, воспользовавшись государственной программой поддержки индивидуального жилищного строительства.
Сегодня она представляет интересы людей уже из 32 регионов России.
История одного недостроенного дома постепенно превратилась в историю тысяч российских семей.
Вопрос, который еще недавно звучал на отдельных судебных заседаниях, сегодня обсуждается в Государственной Думе, профильных министерствах, общественных объединениях и редакциях средств массовой информации.
Ответ на этот вопрос предстоит искать не только судам и правоохранительным органам. От того, каким будет это решение, во многом зависит доверие граждан к будущим государственным программам поддержки жилищного строительства.
От редакции
Материал подготовлен на основе интервью председателя Союза обманутых участников индивидуального жилищного строительства Елены Озёрской главному редактору газеты «Новая Москва» Виталию Атаеву-Трошину, документов, предоставленных участниками движения, а также публикаций, фото- и видеоматериалов, собранных представителями 32 регионов Российской Федерации.
Редакция готова предоставить возможность высказать официальную позицию всем упомянутым в публикации органам государственной власти, кредитным организациям, подрядным компаниям и иным участникам описываемых событий в рамках права на ответ.
Подписывайтесь на «Новую Москву»
Следите за нашими расследованиями, эксклюзивными интервью, новостями Москвы, России и международной повестки на цифровых площадках проекта.
Материал содержит сведения, предоставленные участниками движения, а также информацию из документов, интервью и открытых источников. Изложенные утверждения отражают позиции соответствующих лиц и организаций. Редакция готова опубликовать официальные комментарии всех заинтересованных сторон.
«Мы вышли не на площадь. Мы вышли к собственным недостроенным домам»
К весне 2026 года стало очевидно, что проблема обманутых участников индивидуального жилищного строительства давно вышла за рамки отдельных судебных процессов.
Люди, которые еще недавно пытались самостоятельно добиться возбуждения уголовных дел, вернуть деньги через суд или хотя бы получить от банков отсрочку по выплатам, начали понимать: в одиночку изменить ситуацию практически невозможно.
Именно тогда представители разных регионов начали объединяться.
Сначала это были небольшие группы в социальных сетях и мессенджерах. Люди делились судебной практикой, рассказывали друг другу о подрядчиках, обменивались контактами юристов, помогали составлять обращения в прокуратуру, Следственный комитет, Центральный банк, Министерство строительства и другие ведомства.
Постепенно стало очевидно, что истории, которые приходят из разных уголков России, отличаются только названиями банков, подрядчиков и населенных пунктов.
Во всем остальном истории были практически одинаковыми
Именно это понимание стало отправной точкой создания Союза обманутых участников индивидуального жилищного строительства, который сегодня объединяет представителей уже 32 регионов Российской Федерации.
Однако, как признаются сами активисты, добиться внимания к проблеме оказалось значительно сложнее, чем объединить людей.
По словам участников Союза, многочисленные обращения в органы государственной власти, правоохранительные структуры, профильные министерства и банки зачастую заканчивались формальными ответами.
Каждое ведомство рассматривало проблему исключительно в пределах собственной компетенции. Банки ссылались на условия кредитных договоров. Подрядчики — на гражданско-правовые отношения. Следственные органы проводили проверки по отдельным эпизодам. Суды рассматривали каждый договор как самостоятельный спор.
При этом общей картины, по словам активистов, никто не видел.
Именно поэтому было принято решение сделать проблему публичной
Активисты пришли к выводу, что только широкое общественное внимание позволит показать реальные масштабы происходящего и добиться системного решения проблемы.
День, который объединил десятки регионов
30 мая 2026 года стало, пожалуй, первой датой, когда пострадавшие семьи одновременно заявили о себе практически по всей стране.
В этот день акции, встречи, коллективные обращения и публичные мероприятия прошли сразу в нескольких десятках субъектов Российской Федерации.
| Регионы, где прошли акции |
|---|
| Иркутская область |
| Новосибирская область |
| Москва и Московская область |
| Свердловская область |
| Чувашская Республика |
| Республика Татарстан |
| Удмуртская Республика |
| Белгородская область |
| Красноярский край |
| Республика Башкортостан |
| Марий Эл |
| Республика Крым |
| Сахалинская область |
| Санкт-Петербург и Ленинградская область |
| Костромская область |
И это далеко не полный перечень территорий, представители которых приняли участие в общей информационной кампании.
Особенность этих мероприятий заключалась в том, что они не имели единого организатора в привычном понимании.
Каждый регион самостоятельно определял формат участия, исходя из местной ситуации и возможностей.
- где-то проходили согласованные публичные мероприятия;
- где-то записывались коллективные видеообращения;
- где-то приглашали журналистов;
- в других регионах ограничивались публикациями в социальных сетях и обращениями к депутатам.
Когда протест проходит на собственной земле
Наиболее символичной частью общероссийской акции стали мероприятия, проходившие не на центральных площадях городов, а непосредственно на земельных участках самих пострадавших.
По словам организаторов, в ряде регионов согласовать проведение публичных мероприятий не удалось. Некоторые активисты рассказывают, что получили официальные отказы, а после подачи уведомлений с ними связывались представители органов власти, предупреждая об ответственности за проведение несогласованных акций.
Не желая нарушать закон, люди нашли другой способ быть услышанными.
Они собрались там, где никто не мог запретить им находиться
На собственной земле.
На тех самых участках, ради которых когда-то оформили ипотеку.
Возле домов, которые так и не были построены.
На фотографиях, сделанных в этот день, нет привычной протестной атрибутики.
Нет сцены.
Нет громкой аппаратуры.
Нет политической символики.
Есть обычные семьи.
На одном участке рядом с фундаментом стоит молодая семья с маленьким ребенком.
На другом несколько человек держат плакаты возле недостроенной коробки дома.
Где-то позади участников видна строительная бытовка, которая давно стала единственным местом, где можно укрыться от дождя.
На некоторых фотографиях за спинами людей вообще только поле.
Именно это, пожалуй, производит самое сильное впечатление.
Они стоят не возле государственных учреждений.
Они стоят возле собственной несбывшейся мечты.
Лозунги, которые услышала вся страна
«Ипотека есть — дома нет».
«Обманутые участники ИЖС — это не цифры, а судьбы».
«Кто ответит за аккредитацию?».
«Требуем закон о восстановлении наших прав».
«Субсидии банкам есть. Помощи людям нет».
«Правительство, признайте ошибки системы».
За каждым из этих лозунгов стоит не политический призыв, а конкретная человеческая история.
История семьи, которая исправно выплачивает кредит за дом, которого фактически не существует.
От Домодедово до Иркутска
Одним из главных итогов акции стало понимание того, что проблемы жителей Московской области практически ничем не отличаются от ситуаций в других регионах страны.
В Иркутской области участники рассказывали о многолетнем ожидании завершения строительства.
В Новосибирской области пострадавшие требовали создания федерального механизма защиты граждан, оказавшихся без жилья и с действующей ипотекой.
В Белгородской области семьи говорили о невозможности самостоятельно завершить строительство из-за высокой стоимости строительных материалов.
В Чувашии, Удмуртии, Свердловской области, Татарстане, Санкт-Петербурге, Красноярском крае и других регионах люди рассказывали практически одинаковые истории.
Различались только названия населенных пунктов
Во всем остальном складывалось впечатление, что тысячи семей переживают одну и ту же историю. Именно поэтому представители Союза все чаще говорят о необходимости рассматривать проблему не как совокупность отдельных гражданско-правовых споров, а как единое социальное явление федерального масштаба.
За цифрами стоят люди
По словам Елены Озёрской, предварительно только в Москве и Московской области общественникам удалось установить около 1600 пострадавших семей. Эти данные не являются официальной государственной статистикой и основаны на информации, собранной самими активистами. Однако, по их мнению, реальное количество граждан, столкнувшихся с подобными проблемами, может оказаться значительно выше.
Кто-то уже самостоятельно достроил дом, заняв дополнительные деньги.
Кто-то продолжает жить в съемной квартире.
Кто-то установил на участке бытовку и фактически живет рядом с недостроенным фундаментом.
Есть семьи, которые, по словам активистов, продолжают выплачивать ипотеку, одновременно оплачивая аренду жилья и пытаясь завершить строительство собственными силами.
Некоторые участники движения рассказывают, что за годы судебных процессов потеряли здоровье, работу или были вынуждены полностью изменить привычный образ жизни.
Каждая подобная история индивидуальна.
Но все они складываются в одну общую картину.
Что требуют пострадавшие
Несмотря на эмоциональность происходящего, требования участников движения остаются предельно конкретными.
Прежде всего они настаивают на создании федерального реестра пострадавших участников индивидуального жилищного строительства. По мнению активистов, только наличие единой базы позволит государству объективно оценить масштаб проблемы.
Кроме того, Союз предлагает рассмотреть возможность применения к пострадавшим механизмов, аналогичных тем, которые ранее использовались для защиты прав обманутых участников долевого строительства многоквартирных домов.
Речь идет о возможности достройки объектов, выплате компенсаций в случаях, когда строительство объективно невозможно, а также разработке единых подходов к урегулированию ипотечных обязательств граждан, добросовестно выполнивших условия государственных программ.
Основные предложения Союза
- создание федерального реестра пострадавших;
- разработка государственной программы восстановления нарушенных прав;
- достройка объектов либо выплата компенсаций;
- единый механизм взаимодействия банков с заемщиками;
- совершенствование законодательства в сфере ИЖС;
- анализ системы банковской аккредитации подрядчиков.
Еще одним направлением работы Союза стало формирование единого массива документов. Активисты собирают судебные решения, постановления о возбуждении уголовных дел, ответы органов государственной власти, материалы банков, публикации средств массовой информации, а также фото- и видеоматериалы из разных регионов России.
По мнению участников движения, именно такой архив позволит не только восстановить полную картину произошедшего, но и станет основой для дальнейшей законодательной работы.
Главная цель движения
Представители Союза подчеркивают, что их задача заключается не в поиске виновных любой ценой, а в создании системы, которая позволит защитить добросовестных участников государственных программ жилищного строительства и не допустить повторения подобных ситуаций в будущем.
Вместо эпилога
История Елены Озёрской давно перестала быть только ее личной историей.
Как и сотни других участников движения, она не собиралась заниматься общественной деятельностью. Она хотела построить дом для своей семьи, воспользовавшись государственной программой поддержки индивидуального жилищного строительства.
Сегодня она представляет интересы людей из 32 регионов страны.
История одного недостроенного дома постепенно превратилась в историю тысяч российских семей.
Ответ на этот вопрос предстоит искать не только судам и правоохранительным органам.
От того, каким будет это решение, во многом зависит доверие граждан к будущим государственным программам поддержки жилищного строительства.
Что остается без ответа
- Кто должен отвечать за качество проверки подрядчиков, допущенных к участию в ипотечных программах?
- Каким образом должны быть защищены семьи, которые не получили дом, но продолжают выплачивать кредит?
- Будет ли создан федеральный реестр пострадавших участников ИЖС?
- Появятся ли механизмы достройки объектов или выплаты компенсаций?
- Как государство намерено не допустить повторения подобных ситуаций в будущем?
От редакции
Настоящий материал подготовлен на основе интервью председателя Союза обманутых участников индивидуального жилищного строительства Елены Озёрской главному редактору газеты «Новая Москва» Виталию Атаеву-Трошину.
При подготовке публикации также использовались документы, свидетельства участников движения, публикации региональных активистов, судебные материалы, обращения в органы государственной власти, а также фото- и видеоматериалы, собранные представителями 32 регионов Российской Федерации.
Редакция готова предоставить возможность высказать официальную позицию всем упомянутым в публикации органам государственной власти, кредитным организациям, подрядным компаниям и иным участникам описываемых событий в рамках права на ответ.
Подписывайтесь на «Новую Москву»
Следите за нашими расследованиями, интервью, новостями Москвы, России и международной повестки на цифровых площадках проекта.
MOSCOWn.com
vk.com/NEWMOSCOW
ok.ru/NEWMOSCOW
youtube.com/NEWMOSCOW
t.me/newmoscow24
facebook.com/groups/newmoscow24
instagram.com/newmoscow24
Материал содержит сведения и оценки, предоставленные участниками общественного движения, а также информацию из интервью, документов, судебных материалов и открытых источников. Указанные сведения не являются окончательным судебным выводом о виновности конкретных лиц или организаций. Редакция готова опубликовать официальные комментарии и уточнения всех заинтересованных сторон.
Материал редакции «Новой Москвы»
Мы уточняем факты и обновляем материалы по мере появления новой информации. Заметили неточность или располагаете документами?
- Автор
- Редакция «Новой Москвы»
- Опубликовано
- Обновлено
- Стандарты
- Редакционная политика